“СИНЕМА”

(из неизвестного Брехта)

Вместе с отцом протиснулись в зал,
где пыль и синяя тьма,
и помню, он мне тогда сказал:
“Запоминай: синема!”

Кого мне было запоминать?
Брюнета, который жгуч?
Я тогда не умел понимать,
что жизнь — это дымный луч.
Рваная память о чистом листе:
первые семена,
черные зерна на белом холсте —
раннее синема.

Занавес. Движется первый звук:
сборчатые шелка,
начинающаяся не с букв
шероховатость чулка.

Выше — полоска живого тепла,
благоуханный смрад.
Пальцы судорога свела.
Юность. Последний ряд.

После, уже из первых рядов,
видишь цвет и формат —
там представители всех родов
тянутся, говорят.

Вот и спрашиваю теперь:
сколько еще с меня?
Где-то за шторой мерещилась дверь —
это ведь синема.