Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Арион 2004, 4

С миру по танкетке

Термин “танкетка” придумал Алексей Верницкий, это шестисложное стихотворение из двух строк без знаков препинания, причем слоги распределяются следующим образом: 3 и 3, либо 2 и 4.

“Определение танкеток сформулировано мной на основе моих размышлений о дзен-буддистской практике медитации в процессе написания хайку. Мне казалось, что форма хайку не подходит для спокойной медитации русскоязычному поэту (или читателю) из-за жестко связанных с ней экзотических ассоциаций (едва скажешь: “хайку” — сразу видишь перед глазами бамбуковые зонтики). Экспериментальным путем я подобрал правила, которые, по моему мнению, позволяют создать медитативный русскоязычный текст”, — так объясняет свое изобретение Верницкий.

Как известно, в дзен нет заповедей и религиозных предписаний: “Увидишь Будду — убей Будду...” — говорили учителя дзен. Поэтому мы оставим медитацию в стороне и будем рассматривать танкетки исключительно с поэтической точки зрения.

Первое, что бросается в глаза, это простота написания. Нужно обладать редким талантом, чтобы в шесть слогов уместить что-то совсем непотребное, но равно и гениальное, поэтому большинство танкеток бесцветны. Малая форма редко создает контекст, как правило она живет в уже существующем. Своеобразие поэтического языка тут проявляется именно в контексте, и не случайно даже лучшие произведения малой формы почти лишены узнаваемого авторского голоса. Впрочем, то же можно сказать и о сопоставимо малых фрагментах всякого другого текста. Можно взять практически любую книгу и выдернуть оттуда все что угодно. Например, из Мандельштама: “я в небе / что делать” — чем не танкетка? Или из “Идиота” Достоевского: “эге / да ты вот что”. Записанные в столбик из четырех строк, эти две “танкетки” в свою очередь становятся отдельным, вполне самостоятельным произведением. Рецепт понятен, каждый может сам попробовать. В русском языке масса прекрасных слов, вызывающих у разных людей различные ассоциации. Таким образом, можно создать великое множество “новых” форм, допустим, однословное стихотворение, состоящее из семисложного инфинитива.

В самом слове “танкетка” есть что-то симпатично-несерьезное, тут и боевая гусеничная машина и подошва женской туфельки. Это такая филологическая игра и просто приятное интеллектуальное времяпрепровождение. Есть и круг почитателей, выставляющих свои двустишия на все случаи жизни в Интернете (все танкетки для данной публикации взяты со странички авторского проекта Алексея Верницкого http://www.litera.ru/slova/26, как и название этих кратких заметок, являющееся танкеткой Георгия Жердева). Интерактивный телеграф работает без перебоя. По расчетам Алексея Верницкого, число возможных “танкеточных” сочетаний приближается к миллиону и плодовитый стихотворец осилит эту цифру за 30 лет, если будет писать по 100 в день. Но игра имеет и серьезную подоплеку. Шесть слогов завершенного поэтического высказывания — редкая удача, и как всякая редкость притягивает внимание.

Дмитрий Тонконогов

Версия для печати