РЫБНЫЙ РЯД

Избавиться от рыбы поскорей
мечтает ряд, - от пахнущей соляркой
смерзающейся глыбы пескарей;
глядят на покупателя с оглядкой.

Выпрыгивают жабы изо рта
ершистых перекупщиц и торговок,
и склеивает жабры духота,
и не найти попутчиков толковых

в ту сторону, где орды судаков,
горбуш, сомов - людьми уже наелись,
и вновь лоснятся морды едоков,
трещат прилавки, прет кета на нерест.

. . .
                                    Людмиле Абаевой
Рой трепещущих бабочек ниткой
сшит; сплоченно парит над калиткой,

пойман, понят, иголкой пронизан,
шелестит над мансардой, карнизом,

мать-и-мачехарда-вереница
снов набоковских, светлая Ницца,

петербургская ночь, таратайка,
озорниц убывающих стайка,

а еще - царскосельская лира,
крылышкующий бред Велимира,

колыбельная весел - влекущих
вниз по Каме в безумные кущи,

век ликующий, жимолость, слава,
золотая пыльца, переправа

к жизни будущей, взрослой и долгой, -
с крепкой дратвой и вострой иголкой.

. . .

Лог. Березняк вдалеке.
Хлебников сходит к реке.

Астрахань дымкою скрыта.
Август, в горячей пыли
тонут колеса, копыта,
станция, поезд вдали,

там санитарная рота,
ряса, тальянка, пехота.
И на сращенье дорог
воин, чье войско - природа;
егерь трубит эпилог.

Таволга. Иволга. Волга.

. . .

                             Инне Лиснянской
Генисаретское озеро, гетто корзин,
полных улова, хватающих жадно, жующих полуденный воздух,
в прутьях, авоськах и в ровно отмеренных дозах
газовой камеры; в жменях и жмеринках, ибо един
Бог, он в завхозах.

Сотни зеркал
влажно-чешуйчатых, штучных; бликует полуденный, скудный
свет, приближающий и отдаляющий пасмурный Судный
день (депортация, слякоть и пар изо рта, и вокзал,
и, как назло, этот снег над перроном паскудный).

Красным вином запиваем добычу Петра
в местной таверне (а рыбина бьется о солнце, как солнце об лед),
и трещит арматура
прутьев корзинных, растет до небес, в чешуе отражается фура
(путь запасной, и распахнут вагон. "Заходите!" - добра
жизнь. И с утра
пьяная комендатура).

. . .

Бабочка на голове
Ольги идущей по воду к Вьюлке
вьющейся меж берегов
усыпанных лепестками подсолнухов и чешуей -

бессмертна

бабочка улетит
Ольга вернется в дом

Ольга вернется в дом
с бабочкой на плече.