БОРОДИНО

Неудача! Злое семя
из камней не прорастет;
ризеншнауцер на сене
возлежит, как эхолот;
ловит чуткими ушами
дольней лозы зыбкий шум:
где-то песельник Ошанин
шепчет сон про анашу.

Вот музыка полковая
приближается в ночи;
блещет штык и завывает
ветер. Кружатся грачи.
Всполошился стражник черный:
на собачьем языке
горн дудит, трубят валторны —
время близится к реке.
Нет покоя в мире этом
ни сокровищам, ни снам:
золотые эполеты
вплавь пустились по волнам.
Все затихло. Шире, шире
по воде идут круги;
люди теплые, живые
достают до дна реки;
кивер мертвый, весь избитый
по течению плывет;
пес с башкою непокрытой
дремлет в будке у ворот,
нос холодный в лапах прячет
и растерянно молчит,
взор зажмуренный незрячий
тонет в сумрачной ночи.

Привечаю чуть не плача
разрушительную тишь.
Неуд. Нежить. Неудача.
Счастье хлещет выше крыш.


ИОНЫЧ — ОПЕРАТОРУ

Гляди, монтируем: вот в бричку я сажусь,
устало тру виски, нащупываю сердце;
колеса кружатся, привязчивая жуть
туманит мозг; и никуда не деться
от серой, пыльной, тряской мостовой;
вот крупный план: петух, бредущий бодро
клевать членистоногих (горд собой);
тут перебив: улыбчивая морда
цепной собаки около ворот,
ленивый лай летит навстречу бричке;
вот становой, жующий буттер-брот...
здесь даже боль — последствие привычки.

Но посмотри: я тихо привстаю
и, сохранить стараясь равновесье,
сворачиваю в сторону, к ручью,
на мостик хлипкий, мимо мелколесья,
туда, где вместо при смерти больной
меня иная смерть в свои обновы
давно принять готова; весь я твой,
мой верный ворон...
Не скажу ни слова,
ведь в каждом обороте колеса
окружность — бесконечна, безопасна;
мотор! деталь: трусливая слеза,
а мостик низок прыгать понапрасну.


. . .

Вот наконец — осторожный, угрюмый,
скользкий и скорый, как поезд; грибной,
сильный, усиливающийся, многострунный,
серый, прозрачный, лихой, штормовой,
всласть разыгравшийся, злой не на шутку,
ласковый, теплый, колючий, хмельной,
прыткий, упрямый, увертливый, жуткий,
свежий, пузыристый, вкусный, парной,
бодро шагающий с севера к югу,
косо под ветер ложащийся сплошь,
свет занавесивший, сбившийся с круга,
бешеный, шумный, безжалостный дождь.