Журнальный зал

Русский
толстый журнал как эстетический феномен

Опубликовано в журнале: Арион 1998, 4





Дмитрий Григорьев

 
ЛЕТО
И я, именуемый выписчик и переписчик,
а также собиратель цветов зверобоя,
или смотритель холмов, облаков и деревьев,
или путник охваченный синим огнем переливницы крыльев,
или пересекатель путей муравьиных, полетов пчелиных и прочих,
дегустатор малины, или смятитель луны на озерах
и лужах,
или штамповщик следов на коричневой глине дороги
или на черной и влажной земле у ручья,
или слушатель звуков стрекочущих ровно звенящих
пылающих знойных прозрачных и пыльных,
или носитель песка в башмаках и репья на штанинах,
или летнего времени житель —
осколок цветного стекла,
что играет на солнце
радостно и беззаботно.
 
УМЕРЛА МАМА
Над желтой больницей
небо шелушится,
осыпается цветами
сиреневое небо...
Зима прошла,
а на балконе
еще осталось
мамино варенье...
 
* * *
Твой дом перестал быть домом на берегу,
его легко перепутать с другими,
твоего соседа вылечили,
ветер не поднимает птиц в его голове,
далеко-далеко отодвинулся берег,
и такие высокие вокруг новостройки,
что небу не дотянуться до твоей двери,
лишь чайки порой опускаются на помойку,
да
закат падает на последний этаж,
твой дом перестал быть домом на краю земли,
вымыли окна, и словно пыль смели
землечерпалку в оранжевом море
и корабли.
 
* * *
Стихов не бывает,
просто ветер по губам пробегает
свободный.


Версия для печати